Творческое воспитание ребенка: опыты и уроки.

 

Недавно одна моя подруга, обучающаяся на педагога дошкольных учреждений, попросила – «Видела у тебя в библиотеке книгу – «Творческое воспитание детей». Ты мне дай ее, пожалуйста, эссе написать».
Я крепко задумалась. Перебрала в голове все, что у меня есть по воспитанию вообще и по творческому в частности и к своему изумлению не обнаружила ничего подобного. Удивительно – ведь мне казалось, что уж в творческом воспитании я немного секу. А я похоже ничего не читала. «Ничего у меня такого нет, ответила я Кате, а давай я лучше тебе что-нибудь сама напишу». Вот такой странный диалог состоялся у нас за чашкой чая. Осмыслив весь свой скудный психологический и воспитательский опыт (двое детей дошкольников, да с десяток вожатств в летних сменах), я вдруг поняла – не свой, не свой опыт я имею в виду, когда заявляю о своей компетентности. Конечно же – это сборный опыт творческого воспитания нашей семьи. Самого важного для меня – родительского воспитания, но и не менее ценного для анализа – воспитательных процессов моих ближайших родственников – бабушек, дедушек, теть, дядь, братьев и сестер, а еще членов семьи мужа. Ведь в наших семьях так много работников сферы искусства: музыкантов, театралов, писателей, преподавателей. Все они так или иначе подавали мне пример и подсовывали в «топку дрова» для общего осмысления.

 

45454536dfdhd

Мне часто говорят: «У вас такая творческая семья» — и вплоть до сегодняшнего дня меня терзали смутные сомнения – воспринимать ли эту фразу как снисхождение или все же как комплемент. Относятся ли в обществе к творческим людям серьезно или, наоборот, с некоторой долей сочувствия?
Однако, сейчас, когда вот уже четвертый год мы с мужем, детьми и нашими близкими проводим семейные концерты в доме Аксенова, я понимаю – в обществе существует «запрос» на «творческость». Если родители и не видят своих детей в будущем музыкантами или художниками, а надеются дать им более престижную специальность – все же, они хотят привить детям любовь к прекрасному, расширить их кругозор. Это, скажем так, часть обязательной программы порядочного родителя.

 

EDf8yC73_Lo

Нужно ли на самом деле фокусироваться на творческом воспитании – я не знаю. Потому что отдельный вопрос — куда и как его применить в будущем. Это «головная боль» мам, пап и самого подопечного на перспективу. Ибо взрастив в себе «творческий функционал» ты уже не сможешь остановиться и «быть как все» (хотя я, конечно, понимаю, что никаких «всех» не существует). Ты априори будешь мыслить абстрактно, стремиться к оригинальности, хотеть чего-то, чего хотеть не принято. Нужно ли все это? У меня нет ответа.
Но так уж случилось, что я оказалась здесь – подобно Алисе из Страны Чудес – в своей «кроличьей норе» со всеми вытекающими последствиями. И передо мной сам всплыл вопрос: «Как же вырастить ребенка творческой личностью». Так как (как выяснилось) никаких специальных книжек по этому поводу я прочитать не успела (но надеюсь), я хочу сжать тот опыт, который есть у меня.
И вот передо мной два подвижных и доверчивых ребенка в выходной день. «Сегодня – говорю я им — мы с вами дома и потому, я хочу поиграть с вами в игру, которая будет очень полезна». О чем я думаю в этот момент? С одной стороны давно назревшее – «Я такая творческая мама, старшему уже 5 лет, а мы все еще не проводим никаких развивающих необычных занятий по музыке. Надо срочно разработать методику». С другой стороны перебираю – «Что важно развить в детях через музыкальные занятия и как соединить все сенсорные и двигательные возможности игры в одном процессе?»
«Начнем» — говорю я им – и каким то «несвоим», сладким-учительским голосом приглашаю их к игре. «Сейчас мы прослушаем 4 мелодии из «Детского альбома» Чайковского. Вы будете танцевать и придумывать, на что похожа эта музыка. Затем мы подыграем ей на барабанах, а после – сыграем в подвижную игру «угадайку». Вам нужно будет слушать мелодию и бежать первым в тот угол, в котором лежит предмет, ее символизирующий. Солдатик – для марша или деревянные ложки – для «Камаринской». Дети с сомнением кивают головами и по моей команде начинают танцевать, услышав в колонке музыку.
Дуся (ей 3) танцует охотно, послушно. А вот пятилетний Степан – обозначает: «Это марш солдатиков – я его знаю, мы его слушали в «Бомбом открывается альбом, т е в «Детском Альбоме Чайковского». После чего незамедлительно валится на диван.
«Ты чего?»- спрашиваю его я». «Не хочууу – противно тянет Степан»
«На что тогда похожа эта? – спрашиваю его, упрямо включая польку. «На бал – равнодушно отвечает он- Я ее в мультфильме про оркестр слышал. Мама. мне — скуууучно».
«А эта?» – пытаюсь я подогреть угасающий интерес. «Здесь принцесса уже опоздала на бал и поэтому грустная» – подыгрывает мне Дуся – пытаясь спасти положение. Степа дергает плечами: «Мол, отстаньте». А я победоносно заявляю: «Это мазурка. Мазурка! Переходим к викторине!»
Степан, оттолкнув Дусю мчится к угол «Камаринской», но промахивается и, вернувшись, оказывается там вторым. С негодованием воздевает кулаки и снова валится на диван. «Дуся пеееерваяяя!!! Стонет он».
Я в бешенстве.
Не имея сил взять себя в руки, ору на них, чтобы я еще раз… да никогда…. Да я … А вы! «Вам только конфеты и мультики. А чтобы какие то занятия – музыка, рисование или книги…» «Книги – нет, вставляет Степан с дивана – книги я люблю». Но меня несет. «Да я, может, думала поиграть с вами, а потом наградить лучших» — отчаянно манипулирую, стараясь придать вес своей персоне. Тут Степа отрывается от дивана – и деловито спрашивает, чем конкретно я собиралась наградить победителей – вызывав тем самым у меня новый приступ гнева. Дуся пытается меня утешить. А я понимаю, что попытка организованного творческого развития терпит крах. Я в отчаянии. Ухожу их комнаты. Тишина.
10 минут спустя, всхлипывающий Степан, подбирается ко мне и тихо так, стараясь помириться, предлагает: «Мама, давай лучше математикой позанимаемся или в шашки сыграем?»
Еще немного разговоров, и он тащит деревянные плашечки с цифрами и черно-белую шашечную доску. Затем я усаживаю их смотреть «музыкальные мультики», а сама иду подышать «на помойку», прихватив пакет со строительным мусором.
По дороге размышляю о том: «Что это было?». Откуда столько злости во мне и почему детям показались мои занятия скучными, хотя обычно мы здорово веселимся, даже и под «злосчастный» детский концерт Чайковского. «Что пошло не так?»
«Ну во-первых – признаюсь себе — я была не в духе с самого начала. У мужа что то там незаладилось, он уехал, но настроение передалось мне – и дальше по цепочке». Моя подспудная задача была не научить детей различать музыку – а «показать им где раки зимуют», что я успешно и совершила. Эта сцена произошла бы в любом случае – рисовали б мы красками, мыли окна или чистили картошку. «Раков» было не избежать. А значит урок номер раз – быть в нормальном состоянии. «В ресурсном – как сказали бы психологи». Но для меня достаточно и просто «в состоянии адеквата».
Урок номер два – дети считывают интонации. Степан навострил уши после первых же моих «елейных» слов. «Ребята, а давайте поиграем». «Вот они – скучные ЗАНЯТИЯ- наверняка подумал он». Лучше б я просто притащила бы гитару и села с ними петь песни, как обычно – это принесло бы гораздо больше удовольствия –а следствие и пользы.
«Конечно» — возразила бы здесь моя мама – «всем бы хотелось играть, но ведь не все дается с легкостью. Нужно и трудиться, в конце концов». Или вот преподавательница Костиной старшей доченьки Сони по фортепиано недавно спросила нас: «А ваши детки уже занимаются на инструменте?» Мы ответили, что нет. На что она удивленно возразила: «А чего вы ждете. Пенсии?» Да, Соня то в свои 12 лет уже многочисленный лауреат. Она скурпулезна, дисциплинированна, безусловный талант. Ее будущее освещено ее многочасовой работой. Она играет с 4 х лет.
Но есть и другая точка зрения. Для многих российских детей музыка (любое другое искусство) – это спорт. «Быстрее, выше сильнее». Не удовольствие, не погружение, а борьба за награды. Костя мне рассказал, как его приятель из России работал в европейской музыкальной школы педагогом – инструменталистом. После нескольких занятий вдруг один его ученик исчез, а позвонив маме ученика он услышал вот что: «Извините, но мой ребенок после последнего вашего занятия пришел домой НЕДОСТАТОЧНО СЧАСТЛИВЫМ!». Вот так – каково?! Я тогда удивленно спросила мужа – «Ну а какже тяжелый труд?», а он ответил, что стратегия зарубежного образования заключается в заинтересовывании ребенка музыкой! В «делании» его счастливым. «Дальше трудиться он захочет уже сам!»
На следующий день после моих «воспитательных» излияний я снова попробовала поставить детям Чайковского. А заодно Брамса с его венерским танцем, и русский народный танец «Трепак». Я все старалась вызывать какие то особые «нескучные» эмоции у моих малышей классической музыкой. Но старший лишь подозрительно глядел на меня, будто сканируя: «А не подменили ли вчера маму?»
Убедившись в тщетности подобных практик, я вдруг подумала – «А им оно сейчас надо? Отличать мазурку от мензурки… то есть от гопака». А может достаточно того, что мы ходим на концерты и слушаем радиоспектакли, а еще того, что у нас полный дом инструментов и дети обожают петь хором и особенно в садике. А может ну его….
Я ленивая мать – мне не охота убираться после занятий рисованием – и мы ограничиваемся карандашами, мне лень разводить мусор, показывая детям всяческий хендмейд – и мы не делаем поделки. Все что мне доступно – это взять гитару и спеть с детьми песенку. Так я чаще всего и поступаю.
Может поэтому нет нет, да и спросит меня Степан помочь сделать ему что-то самому. «Хочу сам» — говорит. Так недавно он «Сам» научился зашивать дырки на колготах. «Сам» стал учиться счету на найденных у бабушки карточках, «Сам» захотел сплести себе фенечку из резинок – когда нашел такой образец — «память» о летнем лагере в кармане куртки. Сам придумывает игры и раздает роли — себе и Дусе.

IMG_4970

Я стала вспоминать – вот мама меня целенаправленно учит шить, вот вязать, вот плести макраме. Ох и неумеха же я до сих пор. Ничего не запомнила. А папа – сам осваивал «Corel» на компьютере и как – то между делом и меня научил, начал издавать газету – и меня увлек, рассказы в 50 лет стал писать – и мне говорил: «пиши». Говорил, говорил – теперь я и сама всем так говорю и пишу. А еще он со мной по утрам в воскресенье неизменно играл в уголки и шахматы, в слова (короткие из длинного), показывал свои головоломки. И еще они непременно – оба – пели «походные» песни, когда мы совершали длинный «переход» (10 км) с деревенского участка в Никольском на дачу в Тетеево. Мне было семь (давльше — соответственно). И никаких там «в траве сидел кузнечик». Все сплошные «Сереги Санины»- Визбор, Окуджава и прочие. Еще в города играли, в слова, в предметы. Травы рассматривали, искали грибы, пробовали ягоды. Отдыхали в ельнике или просто в траве. Не было у нас разделения – на взрослое и детское, на занятия и повседневную жизнь, на творческое и бытовое. Все было вместе…
С утра Степан снова попросил сказку… Услышав песню из радиоспектакля «Площадь картонных часов» непроизвольно заплясал. «Это марш» — закричала Дуся. «Нет! это песня скомороха Дудки» — парировал Степан – «Но она такая же, как «Марш оловянных солдатиков» из «Щелкунчика». Он пуще прежнего замахал руками, всем своим видом показывая – он уж точно знает, что такое марш.

 

 

 

 

Ишмуратова Ирма

Яндекс.Метрика