«Есть конфликт!» или «Кто кого наказывает?»

 

Вопрос о наказании меня всегда занимал достаточно сильно. Меня не наказывали физически в детстве, за исключением одного случая, о котором мне рассказала как-то мама. У меня он в памяти не остался. Мой папа, мягкий, терпеливый и спокойный человек, вдруг решил, что если он не использует ремень, то какой-то он не «Настоящий отец». И вот за какой-то пустяковый проступок он снял с меня пятилетней штаны и всыпал разок. По словам мамы, я поплакала, успокоилась и забыла (действительно, в пять лет еще достаточно сложно долго хранить обиду при общей благоприятной обстановке в семье). А вот чувствительный папа неделю ходил белый и глубоко переживал содеянное. Я очень рада, что это не зафиксировалось в моей памяти и с папой у меня прекрасные отношения: видимо, он решил больше не изображать «Настоящего», а стать им.
i (14)
Я не помню, чтобы в моем детстве кричали по поводу и без: «Я тебя сейчас накажу!». И вот однажды моя трехлетняя дочь принесла это страшное слово из садика. Дома как-то мне не приходилось до этого говорить про наказания, поэтому я улыбнулась и навострила уши. Она совершила какое-то неправильное, в ее понимании, действие намеренно и искренне спросила: «Мама, ты меня накажешь?». Я ответила вопросом: «А надо?». Она склонила голову и сказала: «Да!». Закончилась история тем, что я увалила ее на пол, стала щекотать и шутить, что «Ой, накажу!». Однако вскоре я стала замечать за собой, что начала употреблять это слово. В нашей истории оно не несло за собой какого-то конкретного действия. Это просто строгий взгляд мамы и серьезная фраза: «Я тебя сейчас накажу! Прекрати!». И как любой ребенок, поняв, что за этим ничего не последует, она стала пропускать эту фразу мимо ушей. И тут я отследила за собой, что мой гнев начинает закипать и уже хочется применить действие. ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНЫЙ МОМЕНТ! Это точка срыва на эмоции. Это то место, после которого обратную дорогу найти очень сложно. С этого момента начинает работать порочный круг родительской агрессии. Здесь родитель перестает соотносить поступок ребенка и свою реакцию. Взрослый перестает «говорить» головой и начинает говорить эмоциями, своими детскими непроработанными обидами, закидывать ребенка негативными установками. А в чем была проблема, к концу диалога уже никто и не вспомнит.
Любой конфликт, конфликт между родителями и детьми, между двумя взрослыми, между двумя детьми – это всегда ситуация, на которую два человека смотрят разными глазами, со своих точек зрения. Целью естественного разрешения конфликта всегда является совместный поиск выхода из этой проблемной ситуации. Это происходит без перехода на личности, без обвинений и нотаций, без подавления второй стороны, без поиска виновных очень редко. Нам тяжело оставаться в осознанной позиции. Срабатывает природный инстинкт «Кто сильнее?». И вот отсюда это подавление соперника, желание отстоять свою правоту. Человека захлестывает волна эмоций, он больше не может здраво оценивать ситуацию и начинают работать родительские установки, принципы, которые обычно «приняты» в обществе.
Возможно, моего папу когда-то давно, когда мне было 5 лет, вот так сорвало. Он перешел эту контрольную черту. Он понял, что это не его путь, и не стал его превращать в проторенную дорожку. Я же со своими детьми только поняла, какого терпения это стоило моему отцу, чтобы не делать так каждый раз. Это очень удобно – подавлять, наказывать, прогибать человека, особенно если он не может тебе возразить. Это очень легко – манипулировать чувством вины и стыда. Просто, что ждет наших детей впереди? Чувство мести, ненависть, пренебрежение, комплекс вины, непригодность, жалость к себе? Это далеко неполный список, результатом которого являются регулярные наказания ребенка в детстве. А решает ли наказание ту проблему, из-за которой оно было назначено? Действительно ли ребенок ощущает последствия своего плохого поведения?

Каринэ Григорян, психолог, педагог, мама Зары и Рафаэля.

Яндекс.Метрика